ДВУУСТАЯ РЕКА
 Неподалеку от Ленинграда Карельский перешеек с запада на восток пересекает река Вуок ...

ФЬОРД НА АДРИАТИКЕ
Когда слышишь или читаешь слово фьорд, мысленно переносишься на север Европы в страну ...

ПОЛИТИЧЕСКИ НЕБЛАГОНАДЕЖНЫЙ
 Александру Кучину шел тогда двадцать второй год. Застенчивый, немного мешковатый. Ли ...

ВЕСНА - ВРЕМЯ ПРОБУЖДЕНИЯ
Весна — время  пробуждения, роста  и  цветения растений.  Что примечательного м ...

ПОЛОВОДЬЕ
Когда наступает пора таяния снега, меняется с виду и ледяной панцирь, покрывающий рек ...

ПОЗИТИВНОЕ ВИДЕНИЕ МИРА В 85 » О СТРАНЕ И МИРЕ » НАШ АРТЕК, НЕ ЗАБЫТЬ ТЕБЯ ВОВЕК

ВСТРЕЧА

 Из Ленинграда в Артек ехало двадцать пионеров. Я получил путевку, как председатель совета отряда, за отличную учебу и хорошую пионерскую работу. Нас привезли в Москву, где собирались пионеры из разных концов Советского Союза, чтобы одним поездом ехать в чудесный лагерь на Черном море. У некоторых пионеров на рубашках сверкал орден «Знак Почета». Мы окружали их и расспрашивали, за что они удостоены правительственных наград. Все это были деревенские пионеры, добившиеся высоких успехов в выращивании молодняка или урожаев.
 Моим соседом по койке оказался сухощавый черноволосый татарский мальчик с остреньким носиком. Он примостился у тумбочки и что-то записывал в толстую тетрадь. Встретившись со мной глазами, улыбнулся и протянул руку:
 — Давай познакомимся. Махмуд Хусаинов из Петропавловска.
Назвав себя, я спросил:
— Дневник ведешь?

Подробнее



В МУЗЕЕ

 В Артеке есть музей, где хранятся исторические документы и фотографии, рассказывающие о замечательной пионерской здравнице. Махмуд и я побывали в музее и познакомились с его небольшой, но интересной экспозицией.
На стене под стеклом мы увидели большой портрет пожилого бородатого человека с добрыми смеющимися глазами. Это старый большевик, сподвижник В. И. Ленина врач Зиновий Петрович Соловьев. В первые годы Советской власти партия поручила ему выбрать место для пионерского лагеря. И большой друг детей Зиновий Петрович, как-то отдыхая в Гурзуфе, обратил внимание на чудесный уголок крымской природы: горный склон-амфитеатр между горой Аюдаг и Гурзуфом, спускающийся уступами к морю и покрытый перелесками, садами и виноградниками. Здесь и решил Зиновий Петрович построить Артек.
 В гостях у артековцев бывали видные деятели коммунистического международного движения: Клара Цеткин, Георгий Димитров, Макс Гельц, Долорес Ибаррури. А известный французский писатель Анри Барбюс после посещения Артека сделал такую запись: «Артек — настоящий рай, но рай земной, реальный...».
 Прочитав эту запись, Махмуд сказал:
— И правда, мы живем как в раю.

Подробнее



НА ВЕЛОТРЕКЕ

 Моей заветной мечтой было научиться ездить на двухколесном велосипеде. Но подростковых велосипедов тогда не выпускали, а до взрослого я, по выражению отца, «еще не дорос». Если, бывало, увижу на улице велосипедиста, останавливаюсь и долго с грустью смотрю на его спину, пока она не исчезнет из вида...
 По приезде в Артек я узнал, что там есть кружок велосипедистов, и одним из первых записался в него. Занимались мы на велотреке, расположенном между Нижним и Верхним лагерями.

Подробнее



НАШЕ СТИХОТВОРЕНИЕ

 На вечерней линейке старший пионервожатый Нижнего лагеря Володя Калгушкин сказал:
 — В этом месяце нашему Артеку исполняется четырнадцать лет. На юбилейном костре будет показан концерт художественной самодеятельности артековцев. Каждый пионер пусть подготовит какой-нибудь номер.
 В этот вечер все сорок четыре артековца нашей комнаты долго не могли заснуть. Слышался приглушенный разговор, точно в комнате витал пчелиный рой. Вожатые отрядов несколько раз заходили к нам и требовали, чтобы мы прекратили разговоры. Не спали и мы с Махмудом.

Подробнее



ПРАЗДНИК

 б июля 1939 года я стоял у микрофона вместе с другими артековцами и вел праздничную передачу из Артека, которая транслировалась всеми станциями Советского Союза. И хотя каждому из нас предстояло прочитать уже заученный текст за несколько минут, мы долго готовились к этому. Работники радио за полме сяца до праздничной передачи приехали в Артек. Они установили аппаратуру на костровой площадке и ста ли прослушивать голоса ребят, чтобы отобрать юных дикторов. Для проверки пригласили и меня, предложив перед микрофоном продекламировать какое-нибудь стихотворение. Я прочитал самое любимое мною произведение Маяковского «Стихи о советском паспорте». Экзамен я выдержал и даже получил похвалу от диктора московского радио. Юные дикторы несколько раз собирались на . репетицию. А 16 июня в 16.00 мы заняли место у микрофона. Я сделал шаг вперед к черному, полированному, похожему на шкатулку ящику микрофона и взволнованным голосом громко сказал: «Внимание, внимание! Говорит Артек! Начинаем передачу, посвященную четырнадцатой годовщине Всесоюзного пионерского лагеря Артек...»
 Репетиции не пропали даром. Передача прошла хорошо.
ПАМЯТЬ О КРЫМЕ
 Облокотившись на белую балюстраду, мы любовались морем. Солнце стояло в зените, отражаясь тысячами золотистых искринок на морской зыби.
 — Нам нужно привезти домой что-нибудь на память об Артеке, — сказал я Махмуду.
 — Давай купим открытки с видами Артека.
 — Открытки купим, но это не то.
Хочется иметь что-то такое особенное.
На молу, далеко вдававшемся в море, рыбаки вытягивали из воды сеть.

Подробнее



АРТЕКОВСКАЯ СПАРТАКИАДА

 Я очень любил играть в волейбол. Даже защищал спортивную честь своей школы на соревнованиях по волейболу в Смольнинском районе Ленинграда. Правда, наша команда выступила неудачно и заняла одно из последних мест на этих соревнованиях. Но и после этого у меня не пропал интерес к спортивной игре.
 С первого дня пребывания в Артеке я стал часто наведываться на волейбольную площадку Нижнего лагеря и играть в командах, как говорят, «на вышибаловку>, то есть проигравшая команда покидала поле.
 Как-то игру команд судил физрук лагеря Владимир Иванович Барков. Всех игроков он подозвал к себе и сказал:
 — Скоро между лагерями состоятся спортивные соревнования по легкой атлетике и волейболу. От Нижнего лагеря надо выставить волейбольную команду.
 Владимир Иванович записал фамилии всех, кто играл в этот день, чтобы после тренировок составить сборную команду лагеря.
Тренировки проводились обычно во второй половине дня. Владимир Иванович, сам в прошлом игрок сборной волейбольной команды Крымской области, учил нас подавать летящие над самой сеткой крученые мячи, принимать сложные подачи и точно пасовать. Главным его требованием было играть в «три паса». И очень сердился, когда кто-нибудь из нас парировал мяч с первого удара, посылая его на поле противника. Так «три паса» для нас стало законом. Своим ростом среди всех выделялся белорусский пионер Саша Гавриленко.

Подробнее



НЕЗАБЫВАЕМАЯ НОЧЬ

 Наполненные до предела интересными событиями, дни в Артеке проходили незаметно. Приближался день окончания нашей смены. Казалось, что мы приехали совсем недавно. А уже пора было собираться домой.
 За три дня до отъезда нашему отряду предстояло совершить восхождение на вершину Аюдага с ночлегом. Накануне похода вожатая провела с нами инструктаж.
 — Ребята, — сказала она, — советую каждому из вас взять тетрадку и карандаш, чтобы вести подробную запись похода, то есть дневник. Так делали великие русские путешественники Пржевальский, Семенов-Тян-Шанский, Арсеньев и другие во время своих путешествий.
 После вечернего чая по извилистой тропинке шириной в ладонь выступили лошадь и два ослика, навьюченные радиостанцией, одеялами и подушками. Следом за маленьким караваном отправился и наш отряд. По петлявшей среди утесов тропинке мы взбирались все выше и выше, отчего казалось, что море опускается. Выбравшись на седло Аюдага, остановились на короткий привал. Легкий ветерок приятно освежал наши вспотевшие лица. Усталые, мы присаживались на камни, гремя алюминиевыми фляжками, но вожатая Шура не разрешала этого делать.

Подробнее



ПРОЛЕТЕЛИ ГОДЫ...

 После Артека я регулярно переписывался с Махмудом. В письмах мы рассказывали друг другу о своей учебе, деткоровской работе. В одном из писем Махмуд снова спросил меня, кем же я решил стать. На этот раз я ответил другу, что Артек привил мне любовь к путешествиям, к восхождениям на вершины и я решил стать географом-путешественником.
 Грянула Великая Отечественная война, и мы потеряли друг друга из вида.
 Моя мечта сбылась в несколько измененном виде. Я стал топографом. Для составления точных топографических карт я поднимался на высочайшие вершины Тянь-Шаня и Памира, двигался с караванами в жару по пустыням Каракум и Кызылкум, работал в степях Центрального Казахстана, на Кольском полуострове, в сибирской тайге. Во время своих путешествий я вел подробный дневник и снимал ФЭДом все, что встречалось мне на трудном пути необычайного и интересного.
 С Махмудом встретился я в январе 1946 года, когда я приехал в отпуск в Ленинград. Артековский товарищ навестил меня. Теперь это был подтянутый офицер-артиллерист, проходивший службу в Ленинградском военном округе. На кителе сверкало несколько боевых орденов и медалей. Махмуд рассказал мне, что продолжает писать стихи. Вскоре он демобилизовался из Советской Армии и уехал в Казань, где поступил в университет на филологический факультет. Будучи студентом, он издал несколько поэтических сборников на татарском языке, написал много популярных песен.

Подробнее